trubchyk (trubchyk) wrote,
trubchyk
trubchyk

Categories:

Философские корни давшие жизнь идеям Гитлера

В мои школьные годы мой однофамилец и тезка атеист много спорил со мной о существовании Бога. Я тогда не знал философов, которых он в свое время начитался. Помню только по фамилиям, что это были Гегель и Ницше. Читая книгу Эрвина Люцера, (книгу можно скачать и читать здесь) обнаружил, что эти два философа были учителями Гитлера. Печально, что один1007636101 из них, а именно Ницше, был сыном пастора.
Мой однокласник уже давно, как говорят, на том свете. Бог только один знает почему. Искренне сожалею, что он так и умер в своем атеистическом угаре.
 Жаль, что идеи вдохновителей Гитлера на страшные жестокости продолжают работать в этом мире. Так вот, что по этому поводу пишет Эрвин Люцер:
"Некоторые думают, что философы сидят в башнях из слоновой кости и плетут теории, которые имеют мало общего с жизнью обычного, тяжело трудящегося гражданина. Однако факт заключается в том, что философы часто управляли целыми государствами (Карл Маркс — лишь один из примеров). В то, что сегодня изучают в классах на уроках философии, завтра поверит человек на улице.
У Германии также были свои философы, выдающиеся люди, снискавшие широкое признание через свои учения и труды. Они подготавливали почву и даже насаждали семена национализма, а также разжигали ненависть к евреям. Знали они об этом или нет,— они подготавливали путь Гитлеру. Давайте познакомимся по крайней мере с двумя из них.
Георг Гегель (1770—1831) возглавлял кафедру философии в Берлинском университете. Его диалектическая философия, вдохновлявшая Маркса, учила о прославлении государства, называя его «Богом, ходящим по земле». Личные права, по его мнению, были просто помехами на пути государства как верховной власти. Государство, как он говорил, является «нравственной вселенной... и имеет наивысшее право по отношению к человеку, наивысшим долгом которого является быть членом государства... Так как право мирового духа превыше всех особых привилегий.»
Война, как учил Гегель, стала великим очистителем, который был необходим для душевного здоровья народа. Что касается личных нравственных качеств, наподобие смирения и терпения, то они никогда не должны становиться на пути государственных интересов, и без сомнения государство должно растаптывать подобные «невинные цветы». Это — полное оправдание доктрины двух сфер: личная нравственность должна оставаться личной! Государственная нравственность — это нечто совершенно другое.
Гегель предсказал, что Германия опять расцветет, так как она представляет собой высшую форму диалектического развития. Пусть Франция поступает как ей угодно; пусть Россия и Британия усиливаются, говорил он. Законы истории — на стороне Германии. Она заслуживает того, чтобы опять подняться, и она поднимется.
Как можно было ожидать, Гегель отрицал уникальность христианства и утверждал, что Ветхий Завет должен быть отвергнут из-за его еврейских корней. Чистой христианской верой должна обладать только чистая раса, а именно — немцы. Таким образом, новое христианство должно было включать в себя то, что соответствовало высшему немецкому духу.
Фридрих Ницше (1844—1900), сын лютеранского пастора, выступал с резкими нападками на христианство, обвиняя его в слабости и в том, что оно является причиной неприятностей Германии. В своей книге «Антихрист» он написал: «Я называю христианство единственным огромным проклятием, единственным чудовищным и глубочайшим извращением, единственным моральным изъяном человечества... Я рассматриваю христианство как наиболее обольстительную ложь из когда-либо существовавших». Христианство, сказал он, с его ударением на достоинствах милости и прощения, сделало Германию слабой.
Помните — Ницше заявил, что Бог мертв. Он писал: «Разве мы не слышим ничего, кроме шума лопат гробокопателей, хоронящих Бога? Разве мы не чувствуем ничего, кроме запаха разложения Бога? Боги тоже разлагаются. Бог мертв, и мы убили его.» Церкви, сказал он, являются надгробиями и гробницами Бога.
Ницше и глазом не моргнул, представляя ужасающие последствия атеизма. Вот как он описал, что означает смерть Бога для человека: «Как можем мы, убийцы из убийц, утешить себя?.. Кто сотрет с нас кровь? Где эта вода, чтобы очистить себя? Какие празднества искупления, какие священные игры мы должны изобрести? Не является ли величие этого дела слишком великим для нас? Не должны ли мы сами стать богами хотя бы для того, чтобы понять достоинства этого положения?».
Ницше знал, что со смертью Бога чувство вины человека останется безответным, никто не сотрет кровь с наших рук. Так как Бог мертв, то должен быть найден преемник. Ницше знал, что в атеистическом государстве сильный правит слабым. Он провозгласил о приходе высшей расы и сверхчеловека, который объединит Германию и, возможно, весь мир. Будет править грядущая элита, из которой и появится этот сверхчеловек. Он и те, кто будут его окружать, станут «господами земли». Этот человек должен быть «великолепным белокурым животным, неистово жадным к добыче и победе».
Ницше, который умер в 1900 году, не дожил до того, чтобы увидеть подъем Третьего Рейха или распространения атеистического коммунизма. Однако его предсказание о том, что двадцатый век будет кровопролитным, к сожалению, исполнилось слишком точно. Убрав Бога с пути, люди могли быть необузданными. Больше не было страха суда и веры в нравственные добродетели. Когда люди осознали, что история основана на грубой силе, могло начаться вселенское безумие. (Обратите внимание на тот факт, что сам Ницше за одиннадцать лет до своей смерти сошел с ума.) Как отметил Рави Захариас, Ницше понимал, что человек, «раня сердце Бога, в действительности пускает кровь себе».8
Ницше укрепил господствующее в Германии философское представление о том, что гений выше закона и что он не должен быть связан нравственными нормами обычных людей. Личные качества просто стали на пути более великих достоинств управления и власти. Сострадание делало государство слабым; необузданная власть делала государство сильным. И не кроткий, а беспощадный наследует землю. Сверхчеловек должен сокрушить заботливо соблюдаемые добродетели, и тогда он сможет править миром. Прислушайтесь еще раз к этим ужасающим словам, вышедшим из-под пера Ницше:
Сильные люди, повелители, снова обретают чистое сознание хищной бестии. Чудовища, исполненные веселия, они могут возвратиться после ужасных убийств, поджогов, насилия и пыток с той же радостью в своих сердцах... Для того чтобы судить нравственность правильно, она должна быть заменена двумя концепциями, позаимствованными из зоологии: приручение животных и выведение особых видов.
Разве можно удивляться тому, что Гитлер был настолько очарован Ницше, что подарил экземпляр его трудов своему другу Бенито Муссолини? Гитлер часто навещал музей Ницше в Веймаре и позировал фотографам, с восторгом глядя на бюст этого великого человека. По мнению многих историков, Ницше, возможно, испытывал бы отвращение к произволу Гитлера, особенно к его антисемитизму. Возможно, так бы и было, однако Гитлер воспринимал Ницше как духовного брата и истолковывал его книги таким образом, чтобы они соответствовали его целям. Правильно или нет, но труды Ницше были использованы, как выразился один историк, «для того, чтобы дать волю всем силам ада». Гитлер воспринимал себя как сверхчеловека из философии Ницше. Он ликовал от того, что доктрина о Боге, которая всегда стояла на пути жестокости и обмана, теперь была устранена. Когда человек занял место Бога, сверхрасе Ницше, ведомой сверхчеловеком, был открыт путь к мировому господству.
Возможно, сейчас мы можем лучше понять причину появления концентрационных лагерей. Идеи имеют последствия, и представление о том, что Бог мертв, дало людям свободу действовать так, как им нравится. Отбросив Бога, человек мог беспрепятственно подняться и последовать за своей неограниченной жаждой власти.
Виктор Франкль, переживший Холокост, написал следующие резкие слова:
Газовые камеры Освенцима были конечным следствием теории, согласно которой человек — это не что иное, как продукт наследственности и воздействия окружающей среды, или, как любили говорить нацисты, — «крови и почвы». Я абсолютно убежден, что газовые камеры Освенцима, Треблинки и Майданека были изначально подготовлены не в каком-то министерстве или кем-то в Берлине, а, скорее, за рабочими столами и в лекционных аудиториях нигилистических ученых и философов.10
Некто сказал, что после смерти Бога в девятнадцатом веке, человек умер в двадцатом. Потому что, когда Бог мертв, человек становится диким животным".

Tags: Гегель, Гитлер, Люцер, Ницше, Философия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments